НАТАЛЬЯ МЕЛЁХИНА: "Проза без личного участия автора скучна"


Пляж

Пляж - это перекресток стихий. Здесь вода лижет ноги земли под угрозой солнечного удара. Перед водой все равны, она принимает любого в свои влажно-нежные объятия. А на земле равенства нет. Этот урок мы, деревенские ребятишки, выучили на реке Комеле.

Пацаны и девчонки приезжали на пляж на ободранных великах. Грунтовая дорога вилась мимо поселка из коттеджей за высоченными заборами. Самым страшным был поворот у первого дома. Из ворот (всегда открытых!) выскакивал ротвейлер и с жутким лаем бросался на нас. Хозяева коттеджа загорали в шезлонгах. Жарили шашлыки. Играли в теннис. Они ни разу не прикрикнули на собаку. И специально не закрывали ворота: они хотели, чтобы мы запомнили — здесь живут очень богатые люди и у них есть очень-очень злая собака. Таких, как мы, она сразу порвет на много-много маленьких голодранцев.

На речке у каждой машины на земле лежали пляжные коврики и скатерки с едой. Наши городские сверстники купались под надзором взрослых, капризничали, не хотели вылезать из воды, но потом сдавались под лавиной угроз и уговоров и попадали в теплые махровые оковы полотенец. А потом сидели дрожа на ковриках и уплетали черешню или булки, пили лимонад.

Мы плавали, сколько влезет, до синевы на губах. Прыгали с тарзанки. Отжимали в кустах трусы и потом сушились у костра. Руками ловили налимов под камнями и запекали их в глине. В консервных банках кипятили чай, заваривая дикую смородину. От нас боязливо, как от чумы, оттаскивали городских ребятишек: "Это чужие детки, Валерик!"

Но все изменилось, когда нам исполнилось лет по 16-17. Лохмотья с китайского рынка пали, обнажая тела юных спартанцев. Теперь "валерики" и "дашеньки" еще сильнее хотели играть с "чужими детками". Да и сами мамы и папы были не прочь. Хозяин постаревшего ротвейлера, стоя у ворот, загнав собаку в гараж, плотоядно обшаривал нас глазами и пытался говорить на нашем языке: "Пацаны, девчонки, заходите! Есть пиво! Жена в городе!" Мы смеялись: день назад точно так же нас зазывала его супруга. Но мы верили только в нежность воды, прощающей всегда и всех. Лишь она была и будет нам ровней.

 

*****

- Наташа, как ты сама определила бы жанр своих рассказов? Насколько я понимаю, там нет (или почти нет) вымышенных героев и ситуаций?

 

- Очень трудно определить жанр этих текстиков. Для рассказа это слишком маленький объем, кроме того, в рассказе в классическом его понимании должен быть сюжет. У меня именно в маленьких текстах сюжеты есть не всегда. Я сама называют эти произведения - "миниатюры".. В рассказах о деревне - да, почти нет вымышленного. Это моя принципиальная позиция по двум причинам. Первая - реальность современной деревни настолько фантасмогорична, что не нуждается в дополнительном украшательстве в виде вымысла. Вторая - меня и без вымысла-то читатели-горожане едва понимают, если я еще буду фантазию добавлять, то они совсем запутаются. Из-за уникальности фактуры мне многое приходится объяснять. Для многих людей современная русская деревня - это такая же (а иногда даже бОльшая) экзотика, чем, скажем, Китай.
 

- Рассказчик, это всегда - ты, или между тобой и рассказчиком всё- таки существует дистанция, некий зазор?

 

- Я дистанцируюсь от рассказчика, но между нами все равно есть тесная связь, т.к. он часто передает мои мысли, кроме того, получается, что я "делюсь" с ним своим жизненным опытом. Писать от лица самой себя у меня никогда не получалось почему-то. Мне нужно надеть маску, чтобы начать говорить.
 

- Журналистика и проза для тебя родственные вещи? Дополняют ли они друг друга, или проходят по совсем разным ведомствам?
 

- Журналистика в современном ее понимании и проза - это полярные понятия. Журналистика старается максимально дистанцироваться от личного мнения. Проза без личного участия автора скучна.
 

- Ты, я слышал, начала писать рассказы сравнительно недавно. Ты помнишь, что заставило тебя обратиться к прозе, как это случилось в первый раз?

 

- Рассказы я начала писать 2 года назад. Что меня подтолкнуло? Размышления, почему я воспринимаю мир так, а не как-нибудь иначе.
 

- Ясно, что, начиная писать рассказы, ты не думала о публикациях и коктебельских наградах, но когда это случалось, что ты испытывала?

 

-Когда случались публикации или награды всегда только радость! Особенно запомнилась первая победа в прошлом году на конкурсе "Северная звезда". Результаты конкурса журнал "Север" выложил на своем сайте в выходные. Я была в деревне, моя семья как раз ужинала, а нас 15 человек за столом собирается, семья огромная. И я говорю всем вот, мол, стала лауреатом. Все как кинулись меня обнимать, начиная от 3-летнего племянника Тимона и заканчивая папой. И такая толпа ломанулась к компьютеру, чтобы посмотреть на мое фото на сайте.
 

- Ты говорила, братья признали тебя "писателем", только тогда, когда твой рассказ (рассказы?) были опубликованы в "Охотничьих просторах" - поясника-ка...

 

- Мои братья - охотники, а почти все охотники - заядлые читатели. Пришвин, Бианки, Скребицкий, Аксаков, Сабанеев, Тургенев и т.д. - их знают все, кто любит в лес с ружьем прогуляться. Именно поэтому традиционно в России все охотничьи журналы пишут не только о том, как патроны заряжать, во всех есть литературные страницы. В детстве мои братья (У нас разница очень большая по возрасту - 13 лет и 9 лет)читали мне вслух рассказы, стихи из журнала "Охота" или альманаха "Охотничьи просторы". И я мечтала, что вот вырасту, стану крутым охотником, буду зимовать в тайге, как писатель Штильмарк, а потом про меня напишут повесть:))) Ну вот вышло, что не про меня написали, а мои рассказы опубликовали, и братья меня сразу зауважали после этого. Для них это как знак качества, а также показатель того, что у нас одна кровь.
 

А сказки какие они рассказывали мне, в детстве! - сами сочиняли. Например, брат Женька принесет орехов и рассказывает: "Встретился мне заяц, вскинул я ружье, думал, добуду зайца - будет Наташке шкурка на рукавички. А заяц просит: "Не убивай меня! Я тебя на моего врага - на лису выведу. Будет Наташке воротник!" Ну дальше лиса переводит стрелки на волка, волк на белку, а белка плачется, что у нее детишки малые и откупается орехами, типа: "Спасибо, что пощадил меня, добрый молодец! Отнеси, Наташке, от меня гостинец - вот ей орешки!" В общем, вот такое воспитание. Что-то разболталась. Я долго про это могу рассказывать.

 

***

Красный велосипед

Когда я был ребенком лет 6-7, мой папа приобрел для меня "велик". Это был новехонький синий "Орленок".

Покупка далась отцу не просто. Это сейчас даже из нашей отдаленной деревни можно доехать до города и обратно на такси по вполне сносной асфальтовой дороге. Во времена моего детства асфальт на дороге был жидким - натуральная экологически чистая грязь. Папа "отмесил" по ней 5 км до автобусной остановки, съездил в райцентр, купил "Орленок", также на рейсовом автобусе вернулся обратно, и, держа за сиденье упакованный в бумагу "велик", прикатил двухколесного друга своим ходом.

Увидев подарок, я пришел в ужас. Дело в том, что я уже давно мечтал о велосипеде, который собственноручно из всяких обломков собрал Саня. Этот взрослый парень (уже после армии) обладал талантом превращать кучу ржавчины и трухи в полезные механизмы. Саня всегда был гением технической мысли, и если бы не доступность алкоголя в сельпо и не безответная любовь к продавщице Нинке, наверняка, работал бы сейчас инженером-конструктором.

Велосипед модели "Саня-1987" был ярко-красным. На руль изобретатель "присобачил" (именно так выразился Саня) два зеркала от трактора. На переднем колесе, украшенном россыпью катафотов, стояла мощная "динамка", и благодаря ей, под рулем включался фонарь. По тем временам, когда никто не знал, что такое ВМХ, это был улётный тюнинг. И самое главное: пацаны не один раз проводили испытание – красный велик был самым быстрым в деревне.

Увидев новый "Орленок", похожий на целый велопарк точно таких же велосипедов, я разрыдался, понимая, что моей красной "веломечте" не сбыться никогда. Меня тут же начали ругать всей семьей за капризность, неблагодарность и избалованность. Все. Кроме папы. Узнав причину моего горя, он улыбнулся, вместе со мной пошел к Сане и обменял новый "Орленок" на красное потрепанное счастье.

Тогда отца все дружно бранили за методы моего воспитания, но он не поддался.  Он знал, что в будущем, как у всякого человека, меня ждет немало черных полос, но я обязательно из них выеду. На красном велосипеде.

.

Loading...
Loading...