Сюзанна Кулешова. Санкт-Петербург



***
Это бог научил допотопного Ноя
Каждой твари по паре не сгинуло дабы
Всё оставить! Строгать, не скуля и не ноя
Доски, чтобы потом получился корабль.
Это после Иосиф вставал на заре там,
Где покойные ждали сошествия в недра
И усердно тесал для людей Назарета
Их последние лодки из гордого кедра.
Это мы все живём и поспешно и плотно:
Не до будущих дней, не до прошлых историй:
Вот и пьёт от тоски и безверия плотник
И не строит ковчега, а надо бы строить.

***

Глаза манекенов, стоящих вокруг,
Повёрнуты внутрь их тел неживых.
Они широко не раскроются вдруг
От гнева, любви или ран ножевых.
Хозяева их добровольно несут
Служенье своё: молчаливо, легко
И самозабвенно. Однако, не суть, –
Они никогда не преступят закон,
Не вскинутся, не сиганут за флажки
И не захотят ничего доказать.
Живут на земле их слепые божки.
И в небо нет смысла таращить глаза


    ***
Хочешь, я стану облаком
Пафосной дурой,  яблоком,
Я поменяюсь обликом
С куколкой и корабликом.
Я зарифмую намертво
Дым, дожди, одиночество,
Котиков, сны, параметры
Отрочество и отчество.
Или с упорством клирика
Чьё-то возвышу имя я
Это дерьмо – не лирика –
Медико-био-химия.
    ***

Часы отсчитывают время:
 неумолимое тик-так
Но кто вставляет ногу в стремя
И всё становится не так?
Оно пока что за горами
Оно совсем ещё не близко
Но ни деньгами, ни дарами
Тебя не вычеркнуть из списка
И ангелы исчезнут в бездне
И Бог, вздохнув, поставит точку,
В тот самый миг, когда наездник
Перстом твою укажет строчку.


***
Орлиный крик и нежный и тревожный
Совиный безнадёжный, спутать можно
Со стоном или всхлипом. Соловей
Полночи тешит песенкой своей.
Стрижи, чижи, скворцы и амадины
Вокальные стремления едины –
Что клювы, что божественны врата.
А мы всё жаждем песни лебединой,
Что вырвется из собственного рта
А после немота и темнота…


***
На старости лет
Уеду в Тибет
Сделаю вид,
Что нет меня, нет.
Сама проживу
До тысячи лет
Без боли
Без страсти
Без денег
Без бед
Когда же умру на радость богам
Мой тонкий хребет изогнут пополам
И вынесут в горы, где тело моё
Холодной порою накормит зверьё
Сама я под бубен буддиста монаха
Бескрайней дорогой отправлюсь без страха.


***

.Настырный дождь воспоминаний
Разрушил почву бытия
Я сторожу того, кто в яме,
Гляжу, а в яме нынче я.
Себе протягиваю руку,
Как загнанному зверю в пасть
И вот, уже мечусь по кругу,
Собою пообедав всласть.

***

Опять хочу услышать только голос,
От гибели своей уже на волос,
На маленький, тщедушный волосок,
Что осознаньем холодит висок,
Как револьвера вороное дуло
Когда уже совсем не страшно думать
И мысли превращаются в песок,
Запаянный в своей стеклянной колбе.
Переверни — ему, что в лоб, что по лбу.
Бег времени, и места искривленье—
Песок все тот же — в каждое мгновенье.
И шорох громче, чем сирены вой,
И нет дороги гибельнее брода.
Но я хочу услышать голос твой —
Пусть он меня отпустит на свободу.

***

Вот бабочки пришпилены легко
Вдвоём одной иглой к листу фанеры
Какою-то жестокою рукой.
Вот женщина с лицом надменной стервы
На них глядит. Не то, чтобы покой,
8.В глазах её, но холод отчужденья.
Два месяца почти что каждый день я
Гляделся в эти темные глаза,
Не находя в них даже отраженья.
Однако очень много показать
Они пытались, но сумели только
Лишь вожделенье,
Лишь чужую страсть…
Но крылья бабочек легки и тонки,
И эту легкость больше не украсть.

МОНОЛОГ КРЫШИ
Остатки сбросив черепицы,
Ребристую расправив спину,
Я, может быть, тебя покину,
Когда ты вздумаешь влюбиться.
То будет чудище иль чудо –
Тебя отметит поцелуем,
Как некогда в саду Иуда,
Своё предательство смакуя.
И чья судьба в твоих руках,
Молчу не вижу и не слышу –
Ведь я твоя шальная крыша,
Меня уносит в облака.

***
Вы знаете, мне нравится вполне
Спокойно увядающее тело.
Я бы и дальше созерцать хотела
Всё, что природа предписала мне.
Виток, идущий следом за витком
Любое слово превратит в «когда-то»
Тому, кто стал засушенным цветком,
Хранимым в честь давно забытой даты

***
Ну, и какого, спросится, рожна
Вопить душой, кривя лицо усмешкой.
Как бы обнажена – поражена –
Стою перед ферзём открытой пешкой:
Ни чёрным и ни белым не нужна.
Так, что же ты задумался? Не мешкай –
Руби с плеча, сметай меня с доски,
Пока сама не искромсала лес твой.
Рви воющую душу на куски.
Здесь трём ферзям, конечно же, не место.
И вряд ли дозволяются броски
В тугое небо с хлипкого насеста.
День нынешний, такой же, как вчерашний,
Влачит узор теней по мостовой.
Коль под ногами клетка, жить не страшно,
Куда страшней, когда над головой.
 

.

Loading...
Loading...