Данил Файзов. Москва



Работает куратором литературных программ сети клубов ПирОГИ/Bilingua/Проект ОГИ.
 
Куратор Фестиваля актуальной поэзии М-8 в Вологде (вместе с Евгенией Малиновской).

Стихи публиковались в журнале "Арион", "Знамя", "Новый мир".





***


Ни одного знакомого лица
и вообще ни одного лица
красоты
виды
и все для одного чтеца
платона и овидия

в березах и полыни адреса
забыты и потеряны с листа
до самой смерти
считал до ста
всего что есть на свете

и провалился и порезался осокой
плескался сон он был рекой глубокой
горбушка зачерствела в рюкзаке
и проступала кровь из неглубокой
из ранки на щеке.





* * *
никогда не кончится детство говорила мячу татьяна
это пирог для которого ты собираешь щавель ревень
и ни ты ни я не виноваты, это барто это ей на рифму наступил медведь
это корзины грибов это кружки для ягод это под молоко стаканы
это в учебнике русского языка слова деревянны
ты улетаешь в речку я остаюсь реветь

так и будет ты будешь плыть я смахну слезу
а соседский пацан будет кидаться камнем сосновой шишкой
и говорить это у прокурора дела а у нас делишки
тебе ничего не станет даже если отправишься плыть в грозу
я эту сказку выучила
наизусть
а он еще долго останется тем кем был соседским мальчишкой

передавай привет рыбам мною не пойманным и лещу и сому
никогда ничего не случится что бы не говорили на чтении и письме
только сойдет загар навсегда закончится лето
волга впадет в атлантический океан
больше не буду плакать я буду думать об этом
об осени и зиме
и о себе разбившей молока стакан
только плыви по течению до самого края света.

***


вышагиваешь от станции в сторону шашлыки
гремя сумкой полной расширителя языка растворителя мозга
гаранта счастья на берегу небольшой реки
сидит непонятно кто преувеличенно радостный возглас
относящийся скорей не к тебе
хотя самокритика и самоирония наверно поза
кричат конечно тебе а потом алкоголю что ты приносишь и превозносишь

как неизбежное зло гитара и одноклассники с которыми не о чем говорить
программа дружеского общения почему-то сбоит
водка горчит и шашлык горчит
но костер жизнелюбиво трещит

что-то ты несомненно делал последние десять лет
как найти слова которыми рассказать
бухгалтеру ире и водителю троллейбуса максу
в данный момент ты словно купюра которой нет
и никогда не будет с любимого конька слезай
ты по сути ничем серьезным не занимался

старик посиди еще хоть немного останься
в пьяных глазах
читается.



***

город не очень понимает что делать
он зажмуривает глаза
он трогает себя за плечи требует ущипнуть
ему требуются тучи а лучше даже гроза
ему требуются жители
я не могу уснуть

пальцы ломая пробуя жизнь на зуб
я прохожу никитский ах боже мой
в уголках губ
тасс улыбается
где ж мне пойти домой

как я домой если тут тверской
если в студенчестве именно здесь портвейн
именно эти скамейки становятся мне доской
к которой я головою
склонён

и как случиться затишье может такое быть
я отползу на сретенский и тогда
каждый здоровый покажется вдруг больным
каждый потерянный покажет мне кто куда

если дойду до чистых попробую предсказать
что наша жизнь предельна и молода
вот наконец-то пошла мать ее гроза
город гордится собой где его года



***


Бабушка Клава несла этот груз сколько знала сил
Сколько знала лет для своих детей
Говорила: «Сделаешь дело, и с плеч гора,
А, то, сколько ее носить, но о том что стара
Не могла говорить никак – потому как не износил
Пиджака последнего старший из ее сыновей.

Пусть, что младше, те совесть несли иначе.
Разве что младший старшему чуть помог
Или напротив. Ну, он на то и старше.
Старший же сын был навсегда сынок.

Трое их было у бабы Клавы каждый любим совсем.
То есть по-своему, но ежели та гора
Падала с плеч, то любимый всеми
Старший не смел отдыхать. Он кирял с утра.

Долгая та зима и не спешно лето.
Летом же бабу Клаву в пуховый гроб
Так уложили что младший рыдал об этом.
Да и другой рыдал бы. И где тех слов

Мне отыскать, чтоб умножить, отнять, прибавить.
Бабушка Клава, малина уже не та…
Да и гора задумала нас оставить.
Сыновей твоих - Павла, Алика,

До того как доделали дело.
Не успели они устать.





***


Вот фотографии вот фотки посмотри
Здесь много нужного а много наносного
Здесь чудеса и отблески зари
и нас здесь много

вот мама ей всего семнадцать лет
вот средняя ей тоже лишь семнадцать
вот младшая из нас ей двадцать три
вот бабушка и ей немного лет
и сыну где-то возле двадцати
ну хорошо всего лишь девятнадцать

вот тут племянница волшебница сама
вот безобразья сына где-то в коктебеле
вот дружба нерушимая сама
вот песня что мы пели и не спели
когда-то у костра
слова забыли

чего-то не хватает. Вот опять
друзья приходят ночь не происходит
сын в папиной футболке верховодит
и дядя Юра снова верховодит
и мы не спим они не спят
никто не будет спать

ну и пускай все не уснут чего бояться
ведь их никто с утра не ждет и будут жить
никто случайно не умрет и неслучайно
а если только сильно постараться
на этих фотографиях пристрастных
им улыбаться жить и не тужить



***


уточни а то ничего не понял
так ли любо тебе одному
ничего не ладится кроме кроме
тех потешек которые никому
не знакомы еще и не станет ясно
пыль полезна вода горька
смерть прекрасна пристрастна и деепричастна
всем кто отведал материнского молока
уточни и я больше не стану тревожить душу
я молчания не нарушу
только встану стеной за твоей спиной
даже если никто и не станет лучше
так любить всех сильней и горше
и зимой и летом и осенью и весной



***


А когда ты память словно пиджак
Повесишь на спинку стула
На семи ветрах прилетят к тебе молодые гости
и предстанет мир муравейником или ульем
оставляя в прошлом свои вопросы

и в каких местах будем попусту тратить время
в тех и будет кружить постоянство свои пластинки
потому что живут иголки у всех растений
что на взгляд твой беспомощный так
красивы



***


художника воспитывало лето
кормило обещаниями грело
вытаскивало из-за пазухи цвета
когда же он на солнце ошалело
смотрел то думал что звезда
не может быть такого радостного цвета

но это и неважно и вода
в реке давным-давно достаточно прогрета

лес разве смешанный да нет скорее хвойный
забавный со смешинкой неспокойной
вот улыбнулась пихта за спиной

в кармане хлеб и соль и острый нож
художник шел и думал: вот идешь,
куда идешь? Наверное домой

в корзине одинокий желтый груздь
малины горсть черники лист ольхи
купальница и незабудка не хватает
лишь синего и летних красок нежный груз
художника в июле оставляет
для счастья может быть довольно чепухи

.

Loading...
Loading...