Юлия Воловикова. Листья-люди

Печаталась в журналах «Барнаул литературный», «Огни над Бией» и других.

Участница конкурса "Купина неопалимая".



Очень сильно тебя люблю
звездно-звездно и снежно-снежно...
Нарисую тебе зарю
в синем небе ночном безбрежном,

нарисую тебе луну
и деревья в лесу дремучем,
растворюсь в них и утону
каплей счастья в махровых тучах...

И забуду твои глаза
и как полночь шуршащий голос...
Чтобы мне никогда не знать,
что закончилась эта повесть...

***
Пахнет морем, может снег растаял,
а сугробы - просто острова?
Вот соседский старый пёс залаял,
словно чует, как растёт трава.

Всматриваюсь внутрь прозрачной льдинки - 
там живой и тёплый дышит мир.
Может быть, реальность на картинке
более жива, чем знаем мы?

Солнце раскололось в миллиарды
звонких одинаковых крупиц.
Может, оттого мы снегу рады,
что хранит сиянье наших лиц?..

***

Тёплых добрых снов и глазастой ночи!
Провода белеют, как нити сна,
и крадётся тьма по болотным кочкам,
и грудная клетка опять тесна.

Я - бескрайних звёзд золотых мерцанье,
ароматный лунный небесный свод,
и шумящая суетою стая
птиц, решившихся вновь в полёт....

И зелёный облик прохладных мыслей,
веткой тыкнувшихся в окно,
тишина и нежность лохматых высей,
кадры спутанного кино.

***

Я люблю синий город,
и ярко-зелёные звёзды,
и знакомый, но тайной манящий вокзал.
И когда я живу, этот миг так бесценен и дорог,
что тому, кому нравится, всё б остальное раздал.

Одному за обложкой
таинственной сказочной книги,
хоть и лестно, но скучно и незачем жить.
И поэтому звёзды мерцают тебе осторожно,
И, замешкавшись, бабочка долго под ними кружит.

***

Листья-люди летят, как птицы,
падая в центр Вселенной...
Им, порой, по ночам не спится,
грезятся перемены...
Хочется выпрыгнуть на свободу!..
Скоро луна на убыль...
И по утрам, как и прежде, воду,
в ржавые ловят трубы.

***

Вдыхая запах родного ветра,
я унесусь вместе с ним в прохладу.
В уединённые километры,
где жизнь случается однократно.

А за пределами сновидений
живёт и движется шумный город.
Но город там, а сейчас он тенью
к ногам ложится сырого бора.

СТРАНСТВИЕ

А я однажды...
либо пеплом стану
и унесусь в безвестные края
по воле ветра, словно птичьей стаей,
под карканье прощальное вранья,
что это вздор и ничего не надо...

А либо стану ветром синих гор
и шёпотом прохладным от созвездий,..
таинственностью от крольчиных нор,
дающих чувство смысла жизни в детстве,..
и нежностью оттаявшего сада...

***

А ты встречал ли тепло от неба
и мокрых сосен в лесу побеги,
и лист оранжевый и последний,
запавший в сердце за то, что редкий,

в своих глазах?

И удивленье в лучах восхода,
какое утром, едва проснувшись,
заметно детям и светлым душам
в любое время большого года

в своих глазах?

Я пару раз повстречала это,
и, может, где-то подслушав раньше,
найти пыталась за внешней фальшью
любовь и дикость родного ветра
в твоих глазах.
Я пару раз повстречала это

в твоих глазах.

***

Я с каждым шагом падаю, как в пропасть,
прошли столетья планов и дорог.
Идти в траве, не видя даже ног,
в означенную мне живую волость.
Какой-то есть особый в этом прок.

Я поняла, как ходят по воде,
и как летают птицей в сновиденьях.
Закрыв глаза перед лицом сомнений,
наощупь, наугад, по темноте
идут на солнце и проходят стены.
МЫ ВМЕСТЕ

Мы вместе летаем как листья
по древним законам природы,
уносимся ввысь в непогоду,
сгораем до точки и чистой
порой возрождаемся снова.

По зову осеннего ветра
желтеем, теряем осанку,
встаём каждый день спозаранку,
уходим на тысячи метров
и гибнем под снежным покровом.

Взрослеем на дереве жизни,
оно выбирает наряды
сегодня который час кряду,
меняя события, числа,
и красит в оранжевый брови...

Пойдём да покрасимся тоже
под ритмы вселенских законов
и вырастим дивную крону,
какую представить возможно!

***

Я впитываю запах влажной ночи
и шорохи испачканной травы,
пока живу. И до последней точки
все действия пока еще верны.

А неба бирюзовые страницы
мне будут отражения нести
в случайных встречных обнаженных лицах
искусства умноженья пустоты.

Я впитываю запах влажной ночи,
бредущей шумно в сумрачной дали.
Всё создано немыслимо короче
обычным умноженьем на нули.

***
Мне кажется, меня уже не стало,
я превратилась в странную натуру.
Я путаюсь в узорном одеяле
от сложного ума, а может сдуру.

Я утонула в диком океане,
зеленом, как огромные глазищи.
И если от меня вы не устали,
то почему меня никто не ищет?

ОТПЕЧАТКИ

Забыть слова. И мысли те, глухие,
слепые, но упрямые, как прут.
Закрыть глаза, которые соврут.
И улететь в созвездия иные -
иных имён, иных ночей и губ.
Я очень мал, я очень-очень груб,
чтоб слышать шѐпот рек и водомерок
тех иноземных дальних государств.
Но сердце велико у всех из нас
по самым точным объективным меркам -
оно живѐт без лести и коварств
и слышит далеко и без лекарств
тот дивный шелест рек и водомерок...
Мы – отпечатки сокровенных царств.

ФОНАРЩИК

Свет из окна заполнил воздух
дремотой утра в январе,
и за окном опять морозно,
опять морозно на дворе.

Гуляют солнечные зайцы,
держась за руки, по стене
и пробиваются сквозь панцирь
оконных рам опять ко мне.

А ночью фонари горели
в пушистом облаке зимы,
и на дома опять смотрели
все фонари со всей земли.

И где-то маленький фонарщик
опять включает свой фонарь.
И нам вдвоем совсем не страшно,
а за окном - опять январь.

БРОДЯЖКA

За окошком ночь-бродяжка
направляется в подъезд
в грязной порванной рубашке
и, наверно, хочет есть.

Постоит у каждой двери
и полязгает ключом,
обернётся серой-серой
птицей хитрой за плечом.

Усыпит тебя и стащит
сапоги, пальто, корсет.
Видишь, как глаза таращит
околдованный сосед?

ДЕКАБРЬСКОЕ

Темнеющий вечер, природные ритмы,
цветы на окне грустно тянутся к небу.
И я на диване, скрипучем, избитом,
желтею, как верба.

Мелькнула лохматая чёрная птица,
теряясь в снегу за дощатым забором,
пропала. И не к чему больше стремиться
задумчивым взором.

Грядёт Новый год, разговорчивый, яркий.
А с ним – мишура, словно перья павлинов.
И всё, что мне нужно из груды подарков - 
кило мандаринов.

ЛИСТЬЯ

Листья, деревья и снег
перемешались с закатом,
на полпути к снегопаду
жёлтый - излюбленный цвет.

В жизни единственный раз
им оказаться на воле
страшно
и, может быть, больно,
листьям,
летящим на нас.

Осень смешала холсты
и мишурою коварной
наши нарушила планы -
листья с тобой я и ты.

.

Loading...
Loading...