Андрей Медведенко. Эпоха новой ищет правды

Жил и живёт в Луганске. Участник конкурса «Донбасс никто не ставил на колени».



*      *      *
Моя песня,
могучим орлом взлетай!
Проницательным взором
окинь широту полей.
В этот угольный край
прибегали оравы
голодных, босых людей,
превращая просторы
в созвездья земных огней.
 
Моя песня,
над краем родимым
взлетай псалмом!
Беспокойные крылья
не дай сложить.
Ведь колючим железом
опутать хотят мой дом,
благодатного света свободы
навек лишить.
 
Моя песня,
высокой и цельной стань.
Зоркость жизни орлиную не сгуби!
Не спеши к европейским ценностям -       
наши, кровные укрепи!
 
ЛЕТО 2014 ГОДА
Кажется от горя
воздух звонок.
Полымя окутало мой край.
Над убитой женщиной
ребёнок
горько плачет:
- Мамочка, вставай!
 
Но она совсем его не слышит.
Больше ей кровинку не обнять.
Только ветер волосы колышет.
Будто тоже просит её встать.
 
Эх, наводчик!.. Подлый!
Семя злое!
С кем же ты собрался воевать?!
Смерть навёл на самое святое –
МАТЬ!
 
       *      *      *
Час настал. За честь и волю
туже сдвинулись ряды.
Коршун кружится над полем,
жаждет жертвы и беды.
 
Павших вздрогнули останки.
Экспонаты встали в строй.
И войны минувшей танки
с пьедесталов – прямо в бой!
 
   МГНОВЕНИЕ ВОЙНЫ
Стороной прошёл жестокий бой.
Но я вижу…
Как это не странно:
баянист оторванной рукой
судорожно сжал басы баяна.
Превратилось сердце парня
в прах.
Только слышат… Слышат мои уши,
как хрипит в разорванных  мехах:
«Выходила на берег Катюша!..»
    
             *      *      *
Опять с уродливым лицом
эпоха новой ищет правды.
И, как когда-то над отцом,
так надо мной свистят снаряды.
 
И, где погуще толчея,
там люди падают, как злаки.
И по убитым плачу я,
как мой отец когда-то плакал.
 
И фронтовых хватив «сто грамм»,
он вспоминал бои в Карпатах.
Казался воином я сам,
надев пиджак в его наградах.
 
Ничто не ново под луной.
Опять бои – стена на стену.
И ордена отца со мной.
Но им теперь я знаю цену.
 
        *      *      *
Не тишина – затишье перед бурей.
Сердца непредсказуемость томит.
Густеет мрак, от оторопи хмурый.
Простор холодной моросью покрыт.
 
Но вот приказ!
Рванулись в бой солдаты.
О, смерть-разлучница, помилостивей будь!
…По воронёной стали автомата
на землю грешную стекает Млечный Путь.
 
Луна над ним,
как будто лик Пророка.
И гаснут звёзды, словно говорят,
что, как всегда, - вернётся День с Востока,
но только без ушедших в бой ребят.
 
             *      *      *
Восторгаться сердцу не прикажешь.
Увидал - и бросила в тоску:
девушка в зелёном камуфляже
с пистолетом грозным на боку.
 
Вся она, что взрывчатая сила.
С БэТээРа спрыгнула, пошла.
Что-то у прохожего спросила,
откровенным взглядом обожгла.
 
Мысли потекли совсем иные –
не о страшной битве впереди.
Ведь со всей Вселенной позывные
у неё сомкнулись на груди.
 
Не разрушит дух упорный беды.
Будут мир, и радость, и покой.
Я кричу:
- Да здравствует победа
красоты над яростью людской!
 
   …ВЗОШЛИ ЦВЕТАМИ      
Со всех ударил ветер звонниц.
Ступенька скрипнула крыльца.
Пал из Одессы доброволец
на правом берегу Донца.
 
Был дважды раненый. И снова
вставал на бой лавиной глыб.
Не за язык и не за мову –
за дело правое погиб.
 
Идеи дедов не нарушив,
твердил своим собратьям всем:
- ложь обезволивает душу,
чтоб умертвить её совсем.
 
Страна достойна жить по правде.
Народовластью рабство - сместь!
И нет у воина ограды,
как и у многих павших здесь.
 
Вздыхают матери о них.
И я с горючими слезами
ищу ребят среди живых,
ну а они взошли – цветами!
 
 
    ГЕРОИЧЕСКИЙ ТАНК
 
       Танкистам, героически павшим
       при освобождении посёлков
       Хрящеватое и Новосветловка. 
 
Посёлок он освобождал.
Сражался, как герой.
И пьедесталом ему стал
клочок земли сырой.
 
Где он прошёл – вставал рассвет,
а ночь впадала в шок.
На нём живого места нет –
один сплошной ожог!
 
И у металла есть предел.
Но пламень его – свят.
Да, он в сражении сгорел,
как воин, как солдат.
 
Ему не снилось и в мечтах:
минует год, как миг,
и запылает он в цветах,
украшенный людьми.
 
К нему прижался мальчуган
(нет подвигу конца!)
и наполнялся болью ран
погибшего отца.
 
            *      *      *
Ещё мгновение и – марш
в удушье горькое от гари!
Патронов полон патронташ,
как силы воли мой товарищ.
 
Прольётся кровушка опять.
Не удержать готовых к бою.
Хоть жизни смысл – не убивать,
а только жертвовать собою.
 
      
 
 
 
 ДИПТИХ
               1
От осколков на ясене срезы.
Сквер шумит, о костыль опершись.
Возвращаются снова протезы
в нашу скудную,  скорбную жизнь.
 
И волнует меня до утробы
мир, который позиции сдал.
Век двадцатый войну не угробил –
ещё пуще её разнуздал.
 
Гарь и копоть в дыханье рассвета.
Всюду распрей воинственный прах.
Чувство родины с бизнес-проектом
перепуталось в наших сердцах.
  
                  2
… И так завещано судьбой.
Спокойным парнем был.
Хотел он дружбы с тишиной,
но в смертный бой вступил.
 
И в самый жаркий лета зной
сбежались все дороги.
В зелёнке сочной и густой
остались его ноги.
 
Идёт. Протезов не слыхать –
простой, обычный сын Отчизны.
Его хотели запугать,
а пробудили волю к жизни.
 
     ИНТЕРБРИГАДОВЕЦ
Чернокожий. Красочного роста.
С выправкой военной
                          и в тельняшке.
С танка спрыгнул
весело и просто.
Звёздочка блеснула на фуражке.
 
Океаны одолев и реки,
чтоб хоть чуть уменьшилась беда,
из Латинской прибыл он Америки
защищать Республику Труда.
 
Воевать с нечистой силой грозною,
утверждая Правды монолит.
В брызгах солнца
кажется он бронзовым –
прикоснись и тут же зазвенит!
 
Впереди – ревущий вихрь пожара.
Ну а стяг Свободы – за спиной.
Кажется, что это Че Гевара
или, может, Кастро молодой.
 
По всему – не робкого десятка.
Шрамом перекошенная бровь.
Хоть и негр – корчагинская хватка
с удалью кипучей бродят в нём!

.

Loading...
Loading...