Олег Павлов. Волны разглаживая рукой

Олег Николаевич Павлов – челябинский поэт, прозаик, драматург, режиссер, издатель. Родился в 1953 году в Удмуртии. Член Союза писателей России с 2003 года, лауреат различных литературных премий. Автор нескольких книг стихов и прозы. С 2013 году – председатель правления Челябинского отделения СПР. Кроме того, руководит областным литературным клубом «Светунец», редактор альманаха «Южный Урал».

                   

Река

Век бы стоять над родной рекой,
Волны разглаживая рукой.
Век бы стоять, заклинать: теки! –
Угрюм-бурчеевым вопреки.

Против течения смутных лет
Из глубины подымай свет.
Пусть от истока до устья течь
Не перестанет твоя речь.

Там, за излукой, на берегу,
Тоже, наверно, не первый век,
Оберегает свою реку
Родственный кровью мне человек.

Нам друг до друга рекой подать.
Нам друг до друга – махнуть рукой.
Мы Богом данную благодать
Окольцевали речной строкой.

 

                 За кругом круг

 

За кругом круг 

                         восходит Человек,

До Божьих тайн дотягиваясь с болью.

Не звоном злата он продлит свой век,

Не властью над людьми, 

                                            а их Любовью.

 

За кругом круг – и бред клеветника,

И глупости льстеца,  и чушь невежды –

Прости им всем. 

                               Прости не свысока,

Не ради чести – ради их Надежды.

 

За кругом круг, 

                           и понимаешь вдруг,

Ради чего 

                 тебе дана дорога.

И все творения твоей души и рук –

Не ради славы, 

                            ради Веры в Бога.

 

Планета

 

Как шары в бильярде, Вселенная

Перекатывает планеты.

А одна из них – оживленная

Негасимым Господним светом.

 

Что за чудо было задумано –

Голубая Жизни жемчужка! 

Но откуда-то смертью дунуло,

Из угла, где темно и чуждо…

 

И теперь, на беды нанизываясь,

Всё летит она, одинока,

Постепенно теряя избранность

И влюблённость Господня ока.

 

И ни друга ей, ни подружки нет,

И давно болит ЕвразИя,

Где,

   смертельно ранена в Пушкина,

Умирает моя Россия.

 

     Подорожники

 

Сыновьям Юлию, Анатолию,           

             Тимофею, Алексею

 

Звонными шарами с колоколен

Катятся славянские века.

Выросли на поле Куликовом

Стойких подорожников войска.

 

Тонкие, в серебряных шеломах,

Копьеца прицелены на вздёр –

Не по сорок в сорока колоннах,

А – сплошной щетинистый ковёр.

 

Острия подобны частоколу –

Ворогу и пяткой негде встать…

Не гулять ему по Куликову,

По любому полю не гулять. 

 

       Звонок брату

 

Как бы я хотел позвонить брату,

Чтоб сказать ему: 

                    «Здравствуй, брат Саша!

Знаешь, как племянники твои рады,

Что пока жива ещё страна наша…

 

Что покамест жив ещё язык русский.

Что читают Тютчева и Гумилёва…

Говорят, в двенадцатом лаз узкий,

И Земля вряд ли проскользнёт снова.

 

Только я не верю в эти кликушки

О Земле, тем более – о России!

Ведь хранит Россию поэт Пушкин,

Да и ты хранишь – по своей силе…»

 

Только жаль, такого звонка не будет –

Там, где брат, пока еще нет связи.

Только вещий сон на заре разбудит

Да мороз наткёт на окно вязи.

 

Утро выбьет форточку, влетит с ветром,

Что несёт нам с поля полынь-брагу.

Я доволен, Господи, Твоим Светом.

Только вот хотел бы позвонить брату…

 

Набат

 

                1

 

В селе поставили набат –

Обрезок рельса.

Как будто вороги хотят

Ударить с леса,

Как будто с берега грозят

Войти варяги,

Как будто небо бороздят

Чужие флаги...

Набату мало ли причин? –

В лесах пожары.

Но почему тогда в ночи,

Как обнажённые мечи,

Звенят Стожары?

 

               2

 

Дыма бурая ржа,

Гарь подмётных пожаров.

Русь от бед сторожа,

Блещут очи Стожаров.

Будто грозную весть

Посылают с дозора:

Берегитесь разора...

Берегитесь раздора...

Берегитесь позора...

Нам бы колокол – в звон!

Но от сельского храма

С краснозвёздных времен

Незажившая рана.

И – безмолвствует рельс.

И безмолвствуют люди:

Без царя – при воре.

Без Христа – при Иуде.

 

Деревня

В день, настолько морозный, что с криком трещали деревья,
Что ледовая буря ледащие крыши снесла,
Заблудилась в метели забытая всеми деревня,
Коим несть на России числа.

Утюгом на угольях пытала её продразвёрстка,
Укрупненье убило исконное имя её,
Перестройка замазала очи ей серой известкой,
И застыло над ней вороньё.

И кого она вышла искать по зыбучей метели?
Чьё горючее имя в печной завывает трубе?
Не моя ль это родина? Плачет она не по мне ли?
Не по мне, так тогда по тебе.

По тебе ли, по мне ли – нам разницы нету, ей-богу,
Нет деревням числа, заплутавшим в метельной Руси…
Помоги им, Господь, до весны набрести на дорогу,
Сохрани до весны, и спаси.

 

Крапивница

 

Наверное, мне нет и десяти.

Поляна, вся в ромашках восхищённых.

И бабочка, мой ангел воплощённый,

Порхает над

И вслед за мной летит.

 

В недвижной куколке, в хитине полусна

Таилось пламя и копились страсти…

И вот теперь, махнув на все напасти

Оранжевым крылом, парит она.

 

Ах, бабочка! Когда бы я умел,

Я и тебя бы одарил бессмертьем…

Хотя и сам уже едва заметен:

На черном – тушь

Или на белом – мел.

 

***

Там, где вдоволь и каждому поровну

Тьмы и света вода нанесла,

Проживает Варвара Егоровна,

Не скопивши ни злата, ни зла.

 

Одиночества каменный оползень

Этой чистой душе нипочём –

Дух таежный пичугою поползнем

Опускается ей на плечо.

 

И собачка её белолобая,

И олешков живые кусты

Льнут к Варваре и ластятся, чтобы ей

Жизнь казалась светлей бересты.

 

Чтобы вдруг, ненароком, на горе им

Огонёчек в тайге не задуть –

Потому как тайга без Егоровны

Потеряет и душу, и суть.

Время публикации: 
вторник, Ноября 24, 2020 - 07:30

AnaRender поможет в быстром просчёте Вашего видео. Вы сможете продолжить свою творческую работу, переключив ресурсоёмкие операции на наши сервера

Loading...