Кококо. Народ в пустой петербургской квартире

Фильм «Кококо» смотрится легко. Веселенькая история с неплохими актрисами, всякие «фиги в кармане» - в изобилии, типа то и дело звучащей фамилии Ходорковского. Правда, в рецензиях на фильм критики все старались разглядеть в «Кококо» некое Высказывание на тему извечного противостояния Народа и Интеллигенции. Это, конечно, приподнимает фильм над крайне сомнительным пейзажем «российского кино» и как бы даже ставит в ряд с произведениями русской классики, от Достоевского до любимого семейством Смирновых Бунина – на что, видимо, и был расчет.

Яна Троянова и Надежда Михалкова в фильме Кококо (2012)

Напомню сюжет: некая «провинциалка с Урала» по имени Яна в поезде при печальных обстоятельствах (обеих обокрали) знакомится с представительницей питерской научной общественности Лизой, и Лиза приглашает Яну к себе жить. Яна некоторое время живет у Лизы, потом у пожилых девушек возникает конфликт из-за бывшего мужа Лизы (тот успешно осуществляет идею спать с обеими). Девушки ссорятся.

Вот, собственно, и всё. Яна при этом как бы выступает от имени брутального и витального Народа, а Лиза – умной и непрактичной Интеллигенции из Кунсткамеры (Лиза там работает). Замысел амбициозный, как видим. Критика встретила фильм хорошо, рецензии в основном положительные.

Хотя послевкусие творение Дуни оставляет странное. Типа – начиналось все хорошо, многообещающе, а потом как-то всё сдулось – причем, кажется, еще до того, как фильм перевалил свой экватор. История исчерпалась, едва успев начаться. В конце Дуня попыталась, видимо с отчаяния, не зная, чем же закончить, фильм "форсировать", заставила актрис много орать, надрывая связки, и бросаться друг на друга – но увы, ору было много, но недоумение зрителя только возросло.

То есть в итоге и комедия получилась, говоря мягко, какая-то несмешная, и «размышления о судьбах» вышли какие-то невнятные. Ни то, ни сё. Спрашивается – почему? Что пошло не так?

Да всё просто: не сработала главная пружина. Дуня честно старалась. Очевидно, что она, как автор, целиком на стороне духовно богатой и социально близкой Лизы – музейного работника. И Дуне очень хотелось обсудить проблему, поставленную, как многие уверены, еще классикой – «почему ж мы так мучительно любим наш добрый народ, несмотря на всю его непроходимую глупость, мерзость и гнусность?»

Беда, однако, в том, что никакого «противостояния» на экране не видно. Противостоять могут только равновеликие, или хотя бы величины одного порядка. Увы – этого как раз и нет. Есть энергичная, работящая Яна – и «никакая» Лиза. Анна Михалкова, кстати, несмотря на фамилию, ненавистную всем людям доброй воли – очень неплохая актриса. Во всяком случае, сыграть мягкое и бесформенное «ничего», «женщину-нуль» у нее получилось блестяще.

Авторам фильма очень хочется показать, что Яна тянется к Лизе, что она хочет быть с ней, работать на нее, учиться у нее «культуре». Не без намека, очевидно, и то обстоятельство, что именно Яна поселяется в квартире Лизы и никак не хочет из нее съезжать – еще бы: это ведь Народ живет на жилплощади и в приживалах у Интеллигенции, не наоборот же! За это, типа, Интеллигенция милостиво позволяет Народу помыть у себя полы, посуду – ну, раз уж «понаехал», так хоть приберись тут… Логично.

Однако уже после первого получаса фильма становится совершенно непонятно – а чего, собственно, эта Яна так долго делает рядом с Лизой? Зачем Яне Лиза? Жизнь Лизы настолько скучна, неинтересна, беспросветна, люди, которые вьются возле нее, настолько мелки, некрасивы и бессмысленны, что это довольно быстро начинает напрягать. В плюс ко всему, Лиза совершенно «не приспособлена к жизни». У нее и дома бардак, и сама она неловкая, и мужикам давать отпор она не может – все это показано с тем самым умилением, которое наша интеллигенция привыкла испытывать по отношению к самой себе. И из всех передряг Лизу неизменно спасает Яна – так же в соответствии с шаблоном «женщины из народа»: и кашу из топора варит, и излишне борзых коней на скаку останавливает.

Потом авторы подсовывают объяснение – мол, Яна хочет устроиться к Лизе в музей. Очень хочется ей поработать в музее, среди культурных! Ну, это объяснение такого рода, что, как говорится, уж лучше бы не было никакого. Мы ведь все знаем, каковы зарплаты музейных работников.

Автору не удается убедительно показать, на чем же основана связь между героинями. Связи нет. Вот Яна – действительно простая девица «из народа», полная жизни, здоровья и огня. Главное – очевидно, что она прекрасно адаптирована к окружающей действительности. Знает, почем фунт лиха, и имеет чем платить и как.

И вот Лиза – сонная и вялая, неловкая, которой на самом деле давно уж глубоко наплевать на всё: и на рококо, и на кунсткамеру, и на Ходорковского, и на демократию. Между Лизой и Яной на самом деле не может быть конфликта – даже по поводу мужика. Финал фильма как раз и поражает своей нарочитой искусственностью. Лиза не могла восстать на Яну и уж тем паче душить ее подушкой, а Яна никак не могла до истерики перепугаться Лизы и орать милиционеру «Не отдавайте меня ей!»

Беда фильма «Кококо» - в том, что там есть на самом деле всего лишь один живой персонаж – Яна. Все остальное – фантомы, морок. Яна поселилась в пустой квартире и некоторое время, как человек любознательный, беседовала с местными унылыми привидениями. Однако такое времяпрепровождение ей, как и зрителю, должно было быстро наскучить.

Нету никакого «конфликта Народа и Интеллигенции», поскольку не существует одной из сторон. Народ - есть, Интеллигенция - увы. Была да вся вышла. Еще хорошо, если замуж за Чубайса... Вот и фильм поэтому получился – ни о чем.

Источник

Читайте также:

А если Эдуард Стрельцов был будущим Пеле?

Удивительный феномен украинских фильмов

Самоволка из армии и Никита Михалков

Время публикации: 
четверг, Ноября 26, 2020 - 19:30

AnaRender поможет в быстром просчёте Вашего видео. Вы сможете продолжить свою творческую работу, переключив ресурсоёмкие операции на наши сервера

Loading...